– Вухер.
Он отвлекся от разговора с парой человеческих самок, выглядевших как клоны; сестры Тонника, так они представились. Он сделал это без всякого удовольствия; они были привлекательными по человеческим меркам.
– Да?
– Как идет бизнес?
Он уставился на меня с подозрением.
– Паршиво. Он всегда идет паршиво.
– Как насчет того, чтобы развлечь народ настоящими музыкантами?
– Ребо? Я не могу его себе позволить, да и его группа все равно не стоит тех денег, которые просит.
Я ласково улыбнулся:
– Фигрин Д’ан и «Модальные узлы». Они битхи. Они хороши, Вухер. Я имею в виду, по-настоящему хороши.
– Сколько это будет мне стоить?
– Пять сотен в неделю.
Он еще раз уставился на меня с подозрением. Если что-то звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, то где-то есть подвох.
– Правда? Группа лучше, чем у Ребо, будет работать здесь и брать меньше, чем он?
– Думаю, я могу это устроить.
– Как?
Я рассказал ему. Когда я закончил, он сказал:
– Ты хитрый ублюдок, Лаб.
– Договорились?
Он покачал головой, сказал «договорились» и побрел дальше, тряся головой и бормоча себе под нос.
Госпожа Валариан – единственный конкурент, который есть у Джаббы Хатта на Татуине. И это не преувеличение; Джабба терпит ее потому, что благодаря ей все недовольство скапливается в одном месте. Она вифид, а это значит, что она глупая, громадная, еще более мускулистая, чем я, и пахнет хуже Джаббы. Я бы не съел ее даже после долгой охоты.
Я пошел навестить ее в ее отель «Счастливый деспот». По правде говоря, это не совсем отель, просто космический корабль, который никогда больше не полетит.
– Правильно, – сказал я. – «Модальные узлы». Солист Фигрин Д’ан. Я знаю, что для своей свадьбы вы хотите выбрать самое лучшее. Музыка этой группы так великолепна, что ваша свадьба станет главным предметом обсуждения этой части Галактики. Еще десятки световых лет люди будут говорить с завистью и тоской о радости, которая была на свадьбе великой госпожи Валариан и ее прекрасного супруга, бесстрашного Д’Воппа, и о романтическом настроении, которое создали лучшие музыканты, которых видела эта несчастная Галактика.
Она сверкнула глазами, – во всяком случае, мне так показалось, у вифидов такие маленькие безумные глаза, что сказать сложно, – и произнесла скептически:
– Лучше, чем Макс Ребо? Я люблю Макса Ребо.
Ясное дело, любит. И она заслуживает, чтобы на ее свадьбе играл этот убогий коротышка.
– Моя госпожа, ваш вкус безупречен, и никто бы не осмелился возражать вам, – я вежливо улыбнулся. – Но «Модальные узлы» – теперь любимое развлечение Джаббы Хатта. А хотите ли вы, чтобы музыку на вашей свадьбе играли артисты, которых Джабба Хатт счел недостаточно талантливыми, чтобы играть у него?
Ей нужно было время, чтобы уяснить. Моя фраза была чересчур замысловатой, а у вифидов словарный запас – примерно на восемь тысяч слов.
– Нет. Нет, не будет этого! Я хочу «Нодальных услофф»! – она взглянула на меня с едва различимым сомнением. – Ты думаешь, они придут?
– Они попросят много, госпожа. Они рискуют вызвать неудовольствие Джаббы, играя у вас. Это будет стоить… Две или три тысячи кредиток, возможно. Если я могу занять у вас дроида-посыльного, я буду счастлив начать переговоры…
Утром в день свадьбы я позвонил Джаббе. Увидев меня, он засмеялся, думаю, очень искренне и весело.
– Мой нелюбимый шпион! – прокричал он. – Тебе стоит как-нибудь навестить меня. Пообедаем вместе и поговорим о том наемнике, которого ты мне представил.
– У меня есть информация, Джабба.
– Хм…
– Знаешь, какие музыканты пропали? Может быть, Фигрин Д’ан и Модал Ноудз?
– Хмффф!
Он дернулся от камеры. Я слышал визг, звон стали, звук ломающихся вещей… Я терпеливо стоял напротив своего комлинковского переговорщика и ждал, пока он вернется. Через некоторое время он это сделал.
– Хуух… – прогремел он, тряся головой. – Где они, нелюбимый шпион?
– Госпожа Валариан сегодня выходит замуж. Она наняла их, чтобы они играли на свадьбе, в отеле «Счастливый деспот».
Его глаза сузились до щелок.
– И что мой нелюбимый шпион хочет за эту информацию?
Я развел руками:
– Давай забудем одно неудачное представление…
С секунду он смотрел на меня прищурившимися глазами, а затем разразился грохочущим хохотом.
– Нелюбимый шпион, позвони мне как-нибудь.
Он разорвал связь.
Холодный пот тек по меху на моей пояснице.
Вухер переоделся для свадьбы – поменял рубашку. Забегаловка была темной и тихой; она никогда не была такой, только несколько минут по утрам. Я отдал Вухеру свое приглашение; леди Валариан дала мне его за то, что я смог заполучить «Нотальных услофф» для свадьбы, и мне пришло в голову, что делиться информацией с ней, может быть, выгоднее, чем с Джаббой.
Кто-нибудь когда-нибудь убьет Джаббу, но определенно не Валариан.
– Ты уверен, что свадьба будет сорвана? – спросил Вухер в который раз.
– Я уверен, что «Модальные» после такого скандала не захотят вернуться к Джаббе. Все, что тебе нужно сделать, – это предложить им место, где можно залечь на дно, пока все притихнет, а заодно и чутка подзаработать. Они будут разорены: Валариан не заплатит им после того, как свадьба будет сорвана.
Он покачал головой, опять заправляя рубашку.
– Ты думаешь, они на это пойдут?
– Они бросятся тебе в объятия.
Вухер постоял некоторое время, изучая меня в полутьме.
– Лаб… Если бы ты вкладывал столько усилий во что-нибудь другое, ты мог бы стать богатым.